Наблюдая за водорослями в коралловых зарослях, я вдруг заметил дрожащее существо: это был крошечный морской конек!

«Меня зовут Сухарик, я родился и вырос в образовательном центре Marine Discovery Centre на острове Ландаа, а потом меня отпустили в свободное плавание по водам биосферного заповедника ЮНЕСКО, — представился он, гордо выпятив вперед покрытую панцирем грудь. — Скорей всего, вам не так часто приходится видеть мне подобных».

Он был прав: морские коньки очень чувствительны к загрязнению и поэтому находятся под угрозой исчезновения. Мне повезло его встретить.

«Обычно я стараюсь не привлекать к себе внимания, — сказал он. — Морских коньков вылавливают в промышленных масштабах для использования в традиционной медицине — поэтому нас осталось не так много. Уровень выживаемости у нашего вида крайне низок, несмотря на то, что наши отцы рожают до 1000 малышей за раз».

Отцы? Рожают? Мое удивление было настолько неподдельным, что Сухарик разразился веселым смехом, больше похожим на тихое ржание. «Наши матери откладывают икру в сумку на брюхе отца после замысловатого брачного ритуала», — объяснил он.

Меня удивило столь самоуверенное поведение маленького хрупкого создания, брошенного на волю волн. Как же ему удалось выжить в подводном мире?

«Это было непросто, — вздохнул Сухарик. — Загрязнение разрушает нашу среду обитания и уничтожает зоопланктон, этих вкусных микроскопических рачков, которыми мы питаемся».

Наблюдая за водорослями в коралловых зарослях, я вдруг заметил дрожащее существо: это был крошечный морской конек!

«Меня зовут Сухарик, я родился и вырос в образовательном центре Marine Discovery Centre на острове Ландаа, а потом меня отпустили в свободное плавание по водам биосферного заповедника ЮНЕСКО, — представился он, гордо выпятив вперед покрытую панцирем грудь. — Скорей всего, вам не так часто приходится видеть мне подобных».

Он был прав: морские коньки очень чувствительны к загрязнению и поэтому находятся под угрозой исчезновения. Мне повезло его встретить.

«Обычно я стараюсь не привлекать к себе внимания, — сказал он. — Морских коньков вылавливают в промышленных масштабах для использования в традиционной медицине — поэтому нас осталось не так много. Уровень выживаемости у нашего вида крайне низок, несмотря на то, что наши отцы рожают до 1000 малышей за раз».

Отцы? Рожают? Мое удивление было настолько неподдельным, что Сухарик разразился веселым смехом, больше похожим на тихое ржание. «Наши матери откладывают икру в сумку на брюхе отца после замысловатого брачного ритуала», — объяснил он.

Меня удивило столь самоуверенное поведение маленького хрупкого создания, брошенного на волю волн. Как же ему удалось выжить в подводном мире?

«Это было непросто, — вздохнул Сухарик. — Загрязнение разрушает нашу среду обитания и уничтожает зоопланктон, этих вкусных микроскопических рачков, которыми мы питаемся».

Он напомнил мне, насколько морские организмы чувствительны к токсинам, которые человечество выбрасывает в море. «Мы хотим жить и питаться среди водорослей и мангровых зарослей, однако в наши дни практически невозможно найти незагрязненный участок моря…»

Я подумал обо всех этих химикатах, от сельскохозяйственных удобрений до пестицидов, от нефти, бензина и солнцезащитных кремов до не поддающегося разложению пластика, которые каждый день попадают в моря, загрязняя воду все сильнее и сильнее. Неудивительно, что маленькие хрупкие морские коньки вымирают!
К счастью, мне было известно одно надежное место. Вместе мы неторопливо поплыли к рифу, где моя старая подруга, рыба-бабочка Марьям, разводила свой коралловый сад.

Она поселила Сухарика в морские апартаменты для настоящих чемпионов, и когда я увидел, что он с комфортом обустроился в своем новом подводном стойле, то почувствовал невероятное облегчение. Я был рад, что помог этому маленькому герою, выжившему в недружелюбной среде, обрести дом, где он может не бояться токсинов и браконьеров.

Он напомнил мне, насколько морские организмы чувствительны к токсинам, которые человечество выбрасывает в море. «Мы хотим жить и питаться среди водорослей и мангровых зарослей, однако в наши дни практически невозможно найти незагрязненный участок моря…»

Я подумал обо всех этих химикатах, от сельскохозяйственных удобрений до пестицидов, от нефти, бензина и солнцезащитных кремов до не поддающегося разложению пластика, которые каждый день попадают в моря, загрязняя воду все сильнее и сильнее. Неудивительно, что маленькие хрупкие морские коньки вымирают!
К счастью, мне было известно одно надежное место. Вместе мы неторопливо поплыли к рифу, где моя старая подруга, рыба-бабочка Марьям, разводила свой коралловый сад.

Она поселила Сухарика в морские апартаменты для настоящих чемпионов, и когда я увидел, что он с комфортом обустроился в своем новом подводном стойле, то почувствовал невероятное облегчение. Я был рад, что помог этому маленькому герою, выжившему в недружелюбной среде, обрести дом, где он может не бояться токсинов и браконьеров.