Вчера днем я стал свидетелем ужасной драмы! Пока я плыл к рифу Al Barakat, в море не было ни души. Пока рыба-клоун осыпала меня приветствиями, я заметил плывущие в мою сторону кусочки кораллов.

Я собирался навестить моих хороших друзей, рыб-бабочек Амаду и Марьям, которые облюбовали уютную пещеру в коралловых зарослях, высаженных командой спасателей рифов курорта Landaa.

Однако когда я приблизился к их дому, я остановился в недоумении: входа в пещеру не было видно.

Я громко позвал друзей, и Марьям выглянула из коралловых зарослей. «Kaku, скорее! — прошептала она. — Давай сюда, здесь безопасно».

Я едва успел развернуть свой панцирь, как вдруг случилось нечто странное: я увидел облако пузырей и услышал громкий хлопок огромных ласт! Я метнулся в коралловые заросли, где мои друзья, дрожа от страха, прятались вместе с бычками, рыбами-ласточками и другими обитателями рифа. Обломки кораллов опускались на дно.

Вчера днем я стал свидетелем ужасной драмы! Пока я плыл к рифу Al Barakat, в море не было ни души. Пока рыба-клоун осыпала меня приветствиями, я заметил плывущие в мою сторону кусочки кораллов.

Я собирался навестить моих хороших друзей, рыб-бабочек Амаду и Марьям, которые облюбовали уютную пещеру в коралловых зарослях, высаженных командой спасателей рифов курорта Landaa.

Однако когда я приблизился к их дому, я остановился в недоумении: входа в пещеру не было видно.

Я громко позвал друзей, и Марьям выглянула из коралловых зарослей. «Kaku, скорее! — прошептала она. — Давай сюда, здесь безопасно».

Я едва успел развернуть свой панцирь, как вдруг случилось нечто странное: я увидел облако пузырей и услышал громкий хлопок огромных ласт! Я метнулся в коралловые заросли, где мои друзья, дрожа от страха, прятались вместе с бычками, рыбами-ласточками и другими обитателями рифа. Обломки кораллов опускались на дно.

Последствия были разрушительными. Годы роста были уничтожены во мгновение ока. Я посмотрел на Космо, дружелюбную морскую звезду, которая как будто пыталась мне что-то показать. «Не смотри на меня так, — сказала она угрюмо. — Кто-то забыл правила ныряния на рифах и попытался схватить меня, поэтому сейчас я не в лучшей форме».

Когда ласты уплыли прочь, мы выбрались из убежища, чтобы оценить ущерб. Пещера Марьям и Амаду была полностью уничтожена!

Нервно оглядываясь по сторонам — а вдруг звук шагов раздастся снова? — рыбки объяснили, что, хотя большинство ныряльщиков старается не наступать на коралловые рифы, всего один неверный шаг или неосторожное движение может уничтожить целую колонию кораллов, которая служит домом для других морских обитателей. «Кораллы выглядят как твердые камни, но на самом деле это очень хрупкие создания», — пояснила Амаду.

Хотя я слишком мал и не способен причинить существенный вред, я все равно буду проявлять осторожность, плавая вблизи коралловых рифов! Помогите мне донести эту простую мысль до каждого, кто собирается заняться снорклингом вместе с вами!

Последствия были разрушительными. Годы роста были уничтожены во мгновение ока. Я посмотрел на Космо, дружелюбную морскую звезду, которая как будто пыталась мне что-то показать. «Не смотри на меня так, — сказала она угрюмо. — Кто-то забыл правила ныряния на рифах и попытался схватить меня, поэтому сейчас я не в лучшей форме».

Когда ласты уплыли прочь, мы выбрались из убежища, чтобы оценить ущерб. Пещера Марьям и Амаду была полностью уничтожена!

Нервно оглядываясь по сторонам — а вдруг звук шагов раздастся снова? — рыбки объяснили, что, хотя большинство ныряльщиков старается не наступать на коралловые рифы, всего один неверный шаг или неосторожное движение может уничтожить целую колонию кораллов, которая служит домом для других морских обитателей. «Кораллы выглядят как твердые камни, но на самом деле это очень хрупкие создания», — пояснила Амаду.

Хотя я слишком мал и не способен причинить существенный вред, я все равно буду проявлять осторожность, плавая вблизи коралловых рифов! Помогите мне донести эту простую мысль до каждого, кто собирается заняться снорклингом вместе с вами!